sobakazoga (sobakazoga) wrote,
sobakazoga
sobakazoga

Categories:

Ашипка академика Павлова или почему нельзя было не упасть ниц перед ицелопом.

На одной из своих первых прогулок мой двухмесячный щенок ВЕО Мухтар сел на задние лапы, увидев мою поднятую и согнутую в локте руку.
Рядом с ним в снег на жопу сел и я. Ибо ещё будучи ясноглазым комсомольцем, в далёком децтве я твёрдо уяснил - условные рефлексы генетически не передаются.
Ум предаётся и тупость, твёрдость характера и жадность с трусостью, но условные рефлексы нет.
Безусловные, как слюноотделение при виде обнажённой самки передаются, но впервые увидев условный сигнал "сидеть" Мухтар должен был сначала хотя бы удивиться для приличия, а он не стал удивляться и просто его выполнил.

В чём заключается физический смысл "земного поклона" или падения на землю и касания лбом земли перед представителем власти?

Почему нельзя было вставать и даже поднимать глаза (отрывать лоб от пола) пока правитель вам этого не разрешал?

Элементарно, друзья мои. Вам было мучительно больно в любой другой позе.

Вам было не только мучительно больно, но и охватывало неодолимое ощущение паники, заключавшееся в том, чтобы куда-то убежать и там убица насмерть ап пол.

Таковы были гримасы власти.

И только для того, чтобы поданные наши не разбегались в панике при нашем появлении, нами был введён ритуал поклона.

То есть заземления колебательного контура человека на землю.

После которого присев и исполнив два раза КУ бабуину разрешалось встать, но в глаза смотреть, а тем более дотрагиваться до представителей "семьи", по прежнему было себе дороже, могло трансглюкировать не по децки.

Рождение новой троицы богов - Великого Амона, Прекрасной Пироксилины и сыночка ихнего крайне взрывоопасного Нитроглицерина, доставило нам самим больше хлопот, чем удовольствий, но мы были уже обречены и легко пошли на демократические изменения.

Теперь каждый мог убить каждого и это было на самом деле ужасно, началась эпоха кровавых войн, радикальнейшим образом изменившая облик планеты.

По сравнению с которыми, даже рождение богов Нефти матушки и Газа батюшки прошло практически незаметным.

Но те дивные времена навсегда остались (пока ещё не стёрлись из) памяти бабуинов.

Позиция номер раз



Позиция номер два



Как вы понимаете, заставить сейчас поклониться (упасть ниц) целую площадь народа не составляет ни малейшего труда, но гораздо интереснее заставить скакать целые народы на одной ношке нашей воли.

В качестве факультатива Сказка про шесть обезьян.


В большой, просторной клетке обитают шесть обезьян. В дальнем углу клетки затейники-экспериментаторы подвешивают целую гроздь (или целое лукошко – не помню) спелых, вкусных, соблазнительных фруктов и/или бананов. Рано или поздно одна из обезьян, фланирующих по клетке, обнаруживает этакое богатство и, естественно, тянет к беззащитно висящему лакомству передние конечности. За ней начинают подтягиваться и другие обезьяны. Но, не успевает она до них даже дотронуться, как происходит СТРАШНОЕ: в клетку с диким шумом и гиканьем врывается целая орава экспериментаторов – которые, оказывается, все это время были начеку и только ждали момента!

В итоге, нежданно-негаданно, на бедных обезьян обрушивается страшная КАРА: в руках у экспериментаторов – сильные брандспойты, они безжалостно направляют хлесткие струи во всех без разбору обезьян и сгоняют их в противоположный от лакомства угол клетки. Через некоторое время они уходят, и на «поле боя» остаются лишь обитательницы клетки – жутко напуганные, до костей вымокшие и замерзшие.

Через какое-то время другая обезьяна пытается все ж подобраться к фруктам – и сцена повторяется, а на полу клетки появляются новые лужи воды. Всё, урок усвоен! Наши человекообразные родственники занимаются в клетке своими делами, и ни одна даже не смотрит в сторону по-прежнему аппетитно висящих фруктов в дальнем углу.

(До сих пор в эксперименте не было ничего интересного – так, обычное научение с отрицательным подкреплением. Но терпение! Самое интересное только начинается)

Когда обезьяны окончательно успокаиваются, экспериментаторы аккуратно изымают из клетки одну обезьяну и выпускают вместо нее другую, «новенькую». «Новенькая» знакомится с товарками, начинает обследовать клетку и, естественно, натыкается на ту самую гроздь лакомства. Едва только она собирается закусить – к ней немедля с предостерегающими криками бросаются сразу несколько «старых» обезьян и, схватив «за руки», оттаскивают прочь. В крайнем возбуждении они втолковывают «новенькой», что эти фрукты брать нельзя! Нет! Еще бы – они-то знают на своем горьком опыте, ЧЕМ это чревато для обитателей клетки…

«Новенькая» быстро соображает, что к чему, и тоже, как и все, больше не делает даже попыток подойти к нахально вывешенному лакомству.

Тогда экспериментаторы идут на следующий шаг: они забирают из клетки еще одну «старенькую», пережившую налет с брандспойтами, обезьяну – и так же заменяют ее «новенькой». С ней происходит та же история: она натыкается на фрукты в дальнем углу, пытается ими полакомиться, но на нее налетают остальные и, громко визжа, дают понять, что это «низзя!» Характерно, что в церемонии «убеждения» принимает активное участие и та, что была «вброшена» в клетку недавно, перед этой обезьянкой.

Далее процедура повторяется еще четыре раза: экспериментаторы последовательно убирают из клетки «старый состав» и заменяют его – по одному – на «новеньких». В конечном итоге наступает апофеоз: в клетке сидят шесть обезьян, которых НИКТО и НИКОГДА не поливал из брандспойта, на которых вообще никогда не обрушивалась НИКАКАЯ внешняя кара за попытки полакомиться – но тем не менее, все они полностью игнорируют свежие, аппетитные фрукты в зоне прямой досягаемости. То есть ведут себя совсем не так, как, казалось бы, должны себя вести обычные, «простые» обезьяны.

Я не знаю в каком там университете Урбино писали сценарий "Кин даз дзы", или с финальной сценой, в которой дядя Вова и Гедеван Александрович на Кутузовском проспекте приседают перед трактором, Реваз Габриадзе и Георгий Данелия /встал, поклонился/ справились сами, но попали они в самое яблочко, в серединку, в мякотку.

Сколько же лет должны были наши волшебники нас трансглюкировать, что бы сейчас, спустя по самым скромным подсчётам от 200 лет до туманных 11 000 лет, при виде чуда и власти, как синонима чуда, мы падали ниц и прижимались лбом к земле или вытягивали перед собой сложенные руки, пытаясь закоротить колебательный контур стереть память о тех славных, волшебных временах.

Приснится же такоэ.
Tags: история технологий, теория управления, широко
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 52 comments